Словарь души

Белые хризантемы
В синей вазе явились мне,

Он ищет, расправляя ветки выше,
И борется, обманутый судьбой,
Явив себя в листве звенящей, рыжей,
До хрипоты срывая голос свой

Свет земной, вересково-агатовый,
Переход от печали к тоске.

Всё тонет в малиновом блеске,
Прозрачной слезой залиты
Причудливых дней арабески,
Нетленная боль красоты.

Луна плыла, похожая на диск,
В печальной мгле агатового леса.

Я осенюсь тишиной меланхолий,
Музыкой вспыхнут лесные купавы.
Будьте потише в ромашковом поле,
Нежьтесь, вдыхая поникшие травы.

Пчёлы за мёдом цветочным летят,
Шмель-богатырь растревожен и важен.
Время ликует, но вкрался разлад –
Льётся печаль из невидимых скважин.

И как онежская волна,
Бурлит сирень – июньский гений.

Кто сброшенных листов
Святую грусть измерил?

Одуванчиковый рай,
Золотое наважденье,
Желтой краски через край,
Сонных лиц преображенье.