Жить и помнить пресветлого месяца миг, Эти промельки белок, как вспышки, В небеса запрокинутый озера лик, Колдовство в камышовом затишье. Как рублёвская троица, вызовут дрожь Три поэта, три женщины, и – аллилуйя! – Их явленье пронзит тебя всю до подошв, И по жгучим строкам, как по углям, идёшь, И ожог – он острей поцелуя! Ах, июль, нам ещё не даровано мук, Лишь предвещано взять их на пробу: Белла, Анна и Юнна – удвоенный звук, Как бубенчик, приложенный к нёбу.
